Автор говорит о своих опытах с инструментом, настроенным по новой системе, пишет о трудностях, неуловимости нового строя для восприятия. Он приходит к выводу, что новая настройка, применимая сейчас разве лишь в мелодическом голосе, должна сочетаться со старой полутоновой основой. «Я по - прежнему стою на том, пишет Бузони, что прогресс должен означать обогащение, а не отбрасывание средств... Нужно не разрушать, а созидать. Время автоматически отвергает потом ошибочное и автоматически воспримет хорошее, полезное, чтобы его сохранить».
Как известно, ни одна из идей реформы звукового строя музыки, возникших в первой четверти XX в. (в том числе и наиболее известная, тщательнее всего разработанная и практически испробованная система четвертитоновой музыки, которую предложил Алоиз Хаба), не оказалась жизнеспособной и не привилась в практике. Совершенно неизвестно, какой будет историческая судьба новейших экспериментов в этой области, активно ведущихся с середины 40 - х годов в области так называемой электронной музыки.
Бузони, испытывавший живой интерес к этого рода идеям, раньше других проявил и трезвый критицизм по отношению к ним

• Если ищете грустные статусы для контакта посетите mir-vkontakte.com.
  

Критерий, которым он руководствовался в своих оценках любых реформаторских начинаний, с годами становится все более и более определенным: экспериментальное не должно быть противопоставлено художественно полноценному и исторически «прочному». В заметке «Die Bekehrte» (1921) он пишет: «Эпоха экспериментов и чрезмерно высокой оценки художественных средств, идущих в ущерб содержанию и художественной долговечности, быстро движется к своему концу. Обогатившись благодаря этой эпохе, позитивное в противоположность оппозиционному в скором времени снова достигнет своих законных прав» и в скобках добавляет: «чтобы позднее опять уклониться к сопротивлению, целью которого явится новое омоложение»".