Тогда же в конце лета 1929 года Брехт и Вайль завершили наиболее важную и трудоемкую свою работу —трехактную оперу «Возвышение и падение города Махагони», частично продолжающую идеи «Махагони - зонгшпиля» 1927 года1. Партитура большой оперы с развернутыми симфонизированными сценами, многоплановым использованием хора и оркестра оказалась самой монументальной ИЗ всех театральных работ Вайля. Приобретайте каркасные дома в Украине на www.ua.all-biz.info. Онера впервые увидела свет рампы в лейпцигском «Новом театре» 9 марта 1930 года и вызвала широчайший общественный резонанс, не уступавший успеху «Трехгрошовой». Для академической публики Лейпцига это была «звуковая оплеуха», возмутительное эстетическое оскорбление. На премьере разыгрался политический скандал, какого, пожалуй, не знала история европейской оперы. Одна часть публики орала: «Это позор, свинство!».
Другие защищали своего любимца Брехта в рукопашных схватках. Критик Альфред Польгар, присутствовавший на спектакле, с усмешкой рассказывал: «Соседка слева свалилась в сердечном припадке —только мысль об историческом значении переживаемого привела ее в чувство. Седой саксонец справа, охватив колени собственной супруги, оцепенел. Человек позади меня, облизывая губы, твердил сам себе: «Я только жду, когда появится этот Брехт». Один почтенный господин с багровым лицом, приложив к губам ключ, принялся исступленно освистывать эпический театр.